Изоляции псто.

Говорят, изоляция усиливает депрессию. Как человек, который большую часть жизни находится в изоляции и при этом имеет диагноз «депрессия», спорить не буду, но вот вопрос: а как насчет альтернатив?

Нахождение в обществе людей, которые тебя любят и которых любишь ты — лучшее, что может случиться даже с человеком без ментальных расстройств. Но непонятно, где брать таких людей. Люди с депрессией /и прочими явлениями того же свойства/ может и были бы рады окружить себя друзьями, но обычно оказываются либо одни /в лучшем случае/, либо с токсичными мудаками /чаще/. Подавленное состояние мешает конструктивному общению, страх одиночества — посыланию мудаков, вот и получается, что либо будешь один, либо с теми, кто тебе вредит.

Изоляция питает депрессию. Но неподходящее окружение хуже. Можно знакомиться с людьми, общаться, сближаться, находясь в одиночестве, хотя порой это очень сложно, но невозможно, промонав все силы на противостояние токсикам, найти энергию на общение.

Практика показала, что важно не то, с кем живешь, а то, с кем пытаешься налаживать контакт. Одиночество — хреновая вещь, но это не самое страшное, что может случиться с человеком.

Опоры псто.

В последнее время у меня часто болит голова. Знаете, вот той изматывающей болью, которая просыпается раньше тебя и засыпает позже. Эдакий херовый ангел-хранитель, всюду следующий по пятам, и от которого, в отличие от нормального ангела-хранителя, не избавишься при помощи дурных поступков.

Оно просто есть. Бессоница, сонный паралич, тремор — и головная боль. Со мной все в порядке, это просто усталось. Я знаю, как это бывает. Отсутствие опоры вкупе со стремлением при любом раскладе не сорваться заставляет напрячься слишком сильно, и вот психика разлетается на куски. Я вижу это слишком часто. Многие из моих пупсиков прошли через это, и до сих пор считают, что я их «спасла», хотя на самом деле все, что я делала — давала опору. Потому что подстраховать — это по-настоящему легко, даже если и придется что-то сделать, то будет действие извне, без эмоций, и обычно очень простое. Просто дать адрес, чтобы пупсик мог приехать, если ему больше некуда ехать. Просто поделиться ужином, если ему нечего есть. Просто дать отоспаться в тишине, если ему это нужно. Ну и конечно, быть по-настоящему готовым сделать что-то еще, если потребуется. Но не требуется. Когда человеку не надо тратить все свои силы с перерасходом на то, чтобы просто удержаться от падения в личную бездну, он прекрасно справляется со своей жизнью.

Я вижу у себя признаки перенапряжения, и мне хочется ржать. Можно тут вспомнить сапожника без сапог, но в данном случае оно так не работает. Я все-таки никогда не занималась поисками тех, кто поддержит, такого я не умею.

И вроде бы пора обратиться за помощью, только я тяну. Не потому что «никто мне никогда не поможет», как принято писать, обнаруживая себя в подобной ситуации. Я не проверяю. Я не могу заставить себя проверить и убедиться, что для меня это тоже правда.

Как-то году в 2015 я писала, что у меня клин на теме «сама захотела», и что благодаря издержкам воспитания, с которыми я до сих пор (!) не могу справиться, мне кажется, что если дать возможность ситуации пойти нежелательным для меня образом, то это 100% сама виновата. В близости нет предсказуемости. Чем ближе подходишь к людям, тем меньше контроля над происходящим, и тем более жуткими могут быть исходы. Я пока не готова. Да, надо, да, пора. Но не сейчас. Давайте завтра, а сегодня я еще денек погуляю.

Не хочу, чтобы стало еще больнее.